Главное меню





В ББИ состоялся IV cимпозиум памяти Н.Л.Трауберг «...филология и на пиру уместна"


«…филология и на пиру уместна»

четвертый симпозиум памяти Н. Л. Трауберг

6 и 7 апреля состоялся четвертый симпозиум памяти Натальи Леонидовны Трауберг «…филология и на пиру уместна», который традиционно проводится в начале апреля в Библейско-богословском институте. Трапеза существует в мировой истории с древнейших времен, являясь важнейшим архетипом человеческой культуры. И ее осмысление мы видим в самых различных традициях: религиозной и светской, языческой и христианской, древней и современной, литературной и бытовой. Идея конференции по трапезе принадлежит Наталье Леонидовне Трауберг, но при ее жизни эта идея не была осуществлена. Тогда ее друзья и коллеги решили проводить такие конференции-симпозиумы в дни ее памяти.

Пространством понимания с древних времен был «симпозиум» — пир, где хозяева и гости собирались не только для того, чтобы есть и пить, но чтобы слышать и узнавать друг друга и самих себя. Со временем менялись риторика и форма пиров – но не универсальный смысл пиршественных встреч. Нынешний симпозиум был задуман как «пир понимания» между науками, традициями, образами, произведениями и толкователями. Понимание, при котором отстоящие друг от друга во времени предметы, события, имена перекликались друг с другом, было неотъемлемой частью пиров, которые Наталья Леонидовна щедро дарила всем, кто ее знал. Википедия достаточно узко определяет значение «трапеза» как некоторого особого приема пищи, в то время как это особое место в жизни, особое время, особое меню и, соответственно, особый ритуал.

Изначально, симпозиум, посвященный теме трапезы, возник как приношение. Основной задумкой было объединить друзей, занимающихся гуманитарными науками, но затем стали приходить различные гости, то есть круг людей, интересующихся данной темой, стал расширяться. Сквозная тема этого года — трапеза как символический язык и один из способов истолкования. И хотя в названии симпозиума была обозначена филология, среди участников были специалисты самых разных областей: филологи и историки, философы и библеисты, культурологи и географы. Оказалось, что тема трапезы волнует очень многих исследователей.

Первый доклад представила К. Т. Сергазина, он назывался «Встречи и домашние богослужения “за Воскресенским монастырем, у князя Ефима Мещерского” (1720-е гг.)» и речь в нем шла о русских сектантах и народной религиозности первых десятилетий синодального периода с их своеобразным пониманием трапезы. Затем прозвучал доклад Е. М. Сморгуновой «”Трапеза духовная” по русским лечебникам и лубочным картинкам», в котором были представлены шутейные рецепты древнерусских лечебников.

Несколько докладов касались проблематики советского времени, но рассматривались они с разных сторон: религиозную жизнь 1920-х гг. по архивным документам проследил П. Г. Чистяков в сообщении «Несколько архивных сюжетов о праздновании Пасхи в советское время», а рождение нового образа жизни в контексте коммунистических идей — Т.В.Чумакова в докладе «”Утопия еды” в советской культуре». Созвучным был и доклад Л.Н. Ратнер, который назывался «Счастье труда и триумф изобилия. Идеалы ушедшей эпохи», в нем на примере картин Машкова, Кончаловского и других художников 1920-х гг. создавался миф о благополучии и сытости советского человека.

Филология на симпозиуме присутствовала в обильном виде. Так С. М. Панич в своем выступлении «…то, что он есть»: трапеза как средство психологического портретирования литературного персонажа» рассмотрела один эпизод из романа Вудхауза «Перелетные свиньи» (который, кстати, переводила Н. Л. Трауберг). Трапеза как характеристика литературных героев была показана также в докладах С.В. Мартьяновой «”Заседание” в образе “именинной вечеринки” в романе Ф.М. Достоевского “Бесы”: религиозно-философский подтекст» и М. Э. Шараповой «Мотив трапезы в “Повестях Белкина” А.С.Пушкина». К произведениям великого русского классика обратилась также И. Л. Багратион-Мухранели «”Что-то сухо в чаше дно...” Отношения к трапезе на Западе и Востоке по произведениям А.С.Пушкина».

Два доклада рассматривали проблематику позднесредневеквой культуры, в которой появляются новые реалии, это доклады Ю. А. Астахиной «Словарь столового обихода Московской Руси XVI-XVII века И.А.Смирнова с редактурой А.И.Соболевского» и М. Киселевой «"Обед" и "Вечеря" Симеона Полоцкого как пища душевная».

Библейская тема прозвучала в докладе Е. Я. Федотовой «Жертвоприношение царя в библейских контекстах», в котором сакральная трапеза была показана как часть древних ритуалов и практик, связанных со спасением и искуплением, не случайно в Новом Завете понятия «царь», «священник» и «жертва» соединяются в фигуре Иисуса Христа.

Тематика многих докладов показала, что диалог между специалистами различных областей не только возможен, но и необходим, в том числе и диалог между географами и филологами. Это особенно ярко показал В.Л. Каганский в докладе «Трапеза как культурная интерпретация ландшафта», по мнению докладчика трапеза служит освоением культурного места, что видно не только в реальной жизни, но и на примере русского фольклора и сказок.

Изобразительное искусство было представлено докладами Т. В. Воробьевой «Ритуальный пир в искусстве древнего Кипра. Между Востоком и Западом» и И. К. Языковой «Евхаристия — Таинство Царства. Традиция изображения евхаристической трапезы в иконе и живописи».

В завершении симпозиума был устроен пир, на котором все присутствующие могли поделиться и принесенными дарами и плодами своих размышлений. По материалам первых четырех симпозиумов предполагается выпустить сборник, в котором будут собраны лучшие доклады.